Дожди идут уже три недели, не переставая. Слышно как капли стучат по крыше, шуршат по листьям, по траве. На улице под ногами лужи и даже текут ручьи по асфальту. Земля впитывает влагу и сразу же отовсюду пробивается зелень. Удивительно, но я только сейчас впервые увидела, что тут тоже растёт крапива и мокрица. Те самые огородные сорняки, с которыми я вела постоянную борьбу в России на даче.
Я дожди не люблю. Слишком много их было в Питере.
Да, я понимаю, что для Израиля дожди необходимы, что воды мало. Я с радостью вижу, как поднялась и забурлила вода в реках. Как зажурчали почти пересохшие ручьи, что протекают по Кацрину и рядом. Так же, с удовольствием слушаю по радио сведения о том, что вода в Кинерете каждый день поднимается всё выше. Очень отрадно это знать. Помню, как летом мы видели совсем другую картину. С каждым днём вода наоборот всё отступала, и было очень тревожно смотреть, как озеро уходит.
Нужны, нужны дожди в Израиле, но я всё же больше люблю солнце.
Говорят, что эта зима особенно холодная, холоднее чем всегда. Но как-то не очень ощущаем холод. Мы ещё осенью, наслушавшись рассказов о суровых израильских зимах, накупили разнообразных обогревательных приборов на все случаи. Теперь у нас в спальне стоит масляный радиатор, а в салоне два рефлектора, те что моментально нагреваются и светятся красным светом. Очень удобно, от них сразу исходит тепло. Ну и конечно электропростыня - просто чудо какое-то. Так здорово ложиться в нагретую кровать.
И почему мы раньше не пользовались ею в России? Там, несмотря на отопление, всё равно бывало холодно.
Тут ещё хорошо помогают жалюзи. Мы их по вечерам опускаем, они такие плотные, что никаких сквозняков не пропускают. А вообще-то мёрзнуть в квартире нам некогда, так как весь день находимся на работе.
Кроме этого мы почти каждый день посещаем «Кантри», где, помимо плавания в бассейне,  занятий в тренажёрном зале, можно погреться в джакузи, парилке или сауне, и принять душ, не экономя воду.
А в выходные наконец-то выглянуло солнце.
В шабат решили совершить прогулку за город к ручью. Это совсем недалеко от города. Мы оказались не одиноки в своём желании посетить это симпатичное место. Семьи с детьми также расположились на берегу. Некоторые просто сидели и смотрели на воду, другие гуляли. Откуда-то появились всадники и, перейдя ручей, уехали в степь. В траве проглядывают первые весенние цветы. Значит зима скоро закончится.

Завод, на котором я работаю, расположен в Верхней Галилее. По утрам из Кацрина нас забирает развозка и доставляет к рабочим местам. Здесь, в Израиле, так принято. Рабочим не нужно беспокоиться, как добраться до работы. Невольно вспоминаются поездки на метро в Питере. Давка, духота, запах перегара, оттоптанные ноги, оторванные пуговицы и прочие удовольствия общественного транспорта России. И так каждое утро, и каждый вечер. На своём автомобиле ещё хуже, в пробках можно стоять часами.
А тут небольшие микроавтобусы заберут от дома, а вечером доставят обратно. Очень мне это нравится.
Выехав утром из города, мы начинаем спуск с Голанских Высот вниз, вниз, до самого Иордана. Он является границей между Голанами и Галилеей. Переехав мост, начинаем подъём по серпантину к Галилейским горам. От перепадов высот закладывает уши. Поднявшись, попадаем в долину Хула. Здесь много пресноводных водоёмов, речек и ручьёв. Эту местность облюбовали перелётные птицы, они тут отдыхают во время перелёта из Европы в Африку и обратно. Осенью я наблюдала стаи, просто тучи разнообразных птиц, которые пролетали над территорией нашего завода. Весной происходит тоже самое.
Дальше наш путь лежит мимо полей и садов, которые принадлежат кибуцам. Не перестаю удивляться тому, какие все поля ухоженные, а сады плодородные. Деревья посажены ровными рядами и просто гнутся под тяжестью плодов.
По обочинам шоссе сплошной стеной стоят высоченные эвкалипты. Издалека они напоминают берёзы. Такие же светлые стволы и плакучие ветви. Обычно эти деревья сажают для осушения болот, но в этой местности они играли ещё одну важную роль. Когда на Голанах сидели сирийцы, они нередко стреляли по кибуцникам, работавшим на полях, а эвкалипты, которые очень быстро растут, закрывали сирийцам весь обзор. Но это было давно. Теперь Голаны наши.
Кибуц, где находится, завод со всех сторон окружён горами. На западе возвышаются горы Галилейские. Очень красивые. Они покрыты растительностью. Сейчас они зелёные и когда погода ясная можно рассмотреть даже отдельные деревца. Иногда на вершинах лежат облака и горы кажутся бесконечными. А иной раз наоборот - облака опускаются к подножью и вершины как бы парят в воздухе. А бывает, что выйдя из цеха, вообще не видно никаких гор, ни с какой стороны вообще. И как то даже не по себе становится, как будто мы потерялись в пространстве.
А однажды, после дождя, выглянуло солнце и с гор перекинулась радуга – красота обалденная, мы так и застыли на месте.
На востоке простираются Голанские высоты. Они тоже довольно высокие. Если присмотреться, то в хорошую погоду можно разглядеть, как по дороге-серпантину крохотными букашками ползут машины и автобусы, во как далеко.

А если посмотреть на север можно полюбоваться горной грядой Хермона. Не всегда её можно разглядеть из-за облаков, но в солнечную погоду она хорошо видна. Сейчас вершины в снегу. Как то не привычно когда из-за зелени деревьев проступают заснеженные горы. В прошлой жизни снег был отдельно, а зелёные деревья отдельно. Но то, что я вижу сейчас тут, мне нравится больше. Зима, а вокруг зелень и цветы - это здорово.

Горы Галилеи

Магазин где продаётся обувь с завода.

Слева мой цех. Справа кафетерий и магазин. Вокруг горы.

Во время обеда.

Сюда мы ходим на обед в столовую.

Офис завода.

Тоже территория кибуца.

Вершины Хермона в снегу.

Кацрин зимой.

31 декабря.

В садах созревают лимоны.